обо мне

Моя фотография
Буду рада помочь Вам в трудную минуту профессиональным взглядом "со стороны". Даже простой разговор иногда помогает расставить приоритеты.Пишите. Звоните. Назначайте встречу!

вторник, 22 мая 2012 г.

Даргавс - город мёртвых.

Я родилась в столице Северной Осетии городе Орджоникидзе, ныне Владикавказ. Многие из вас, мои дорогие друзья, ни разу не видели горы, а я видела их каждое утро, глядя в окно и по выходным, вместо дачи. ездила жарить шашлык именно в горы.

Мне очень хочется, чтобы все вы увидели и узнали, что такое красота Большого кавказского хребта, а вернее северного его склона, т.к. за ним уже сопредельная Грузия.

Первый мой рассказ о городе мертвых - Даргавсе. 

Даргавс расположен в одном из многочисленных ущелий Большого Кавказа, немного в стороне от традиционных туристических маршрутов. Но все жители Осетии хорошо знают это место.

Когда я была школьницей,  каждый год перед праздником Победы  9 мая,  лучших учеников города возили по местам боевой славы и конечным пунктом в маршруте был памятник с  "печальной" лошадью потерявшей в бою своего ездока. Дальше дорога поворачивает влево и круто взбирается в гору к перевалу в Даргавское ущелье, где и находится «городок мёртвых».

Отсюда до него каких-то 30 км. Это ничто для машины, но...  горный серпантин – это не автобан, здесь скорость неуместна. Ощущение такое, что ты едешь, но как-то на месте остаешься. Просто мы медленно ползём по мерпантину, любуясь долиной, зажатой между Главным Кавказским Хребтом и   Скалистым Хребтом Большого Кавказа. 

Зелёное и уютное, по горным меркам, Куртаринское ущелье - Куртат.  


И более суровое, Даргавское ущелье - Даргавс с саклями, похожими на сказочные грибы. И в них - души и истлевшие тела людей.

Когда-то Даргавс считался крупным населённым пунктом. Сейчас же здесь насчитывается всего десяток домов, практически отрезанных от внешнего мира в результате схода ледника Колка в 2002 году. В последний мой  приезд (ноябрь 2012) на малую родину мы даже не решились доехать до Даргавса.
Название поселения переводится как привратник или защитник ущелья, либо длинная поляна. Действительно, долина (поляна) 16 км протяжённостью – это так «наработали» талые воды окрестных ледников. Большое количество ровных пространств - редкость для горных ущелий. Но это не все «прелести» Даргавского ущелья. Оно самое солнечное в Северной Осетии (до 300 дней в году). Окружающие горы защищают долину от облачных фронтов и ветров, поэтому здесь существует особый микроклимат - даже осенью и зимой сухо.

Именно здесь расположен некрополь, состоящий из 99 захоронений в виде 2-4 этажных наземных склепов, объявленный ЮНЕСКО памятником всемирного наследия. Эти памятники материальной культуры, относящиеся к XIV-XVIII векам, имеют важное значение для изучения далекого прошлого осетинского народа, его истории, быта и искусства.

В горных селениях Осетии сооружались склепы в виде надземных фамильных усыпальниц для коллективных захоронений. В целях экономии (не земли, а строительного материала) склепы становились усыпальницей для нескольких поколений людей, принадлежащих к одной фамилии. По тому, как устроена усыпальница, можно понять, насколько был богат род, которому она принадлежит.

Усыпальные склепы по своей форме напоминают башни и отличаются большой прочностью, искусной кладкой стен и кровли. Пирамидальные и конусообразные формы кровли усыпальных склепов выложены из шиферного сланца в виде ступенчатых уступов. Обычай захоронения в надземных склепах был связан с культом предков, которых хоронили в полном одеянии с мелкими бытовыми предметами. Усопших клали обычно на специальные деревянные ложи или в ладьеобразные деревянные колоды. . В последний путь осетины брали не только оружие, одежду и ювелирные украшения, но и вещи, привезенные из других мест: восточные ткани, табакерки, грузинскую и дагестанскую керамику и даже русскую стеклянную посуду. Благодаря обнаруженным вещам археологи смогли установить период, когда в «городе мёртвых» появились первые склепы. 
Отважные могут заглянуть в двери-окошки склепов. В них помещали мёртвых без гробов и саванов. Тогда это была большая роскошь: с деревом вообще в горах большая напряжёнка, ну, а с тканью… только вязали из шерсти овец, которыми питались. До сих пор там лежат кости, черепа.

Жители Даргавса стараются обходить стороной древний погост. Сельчане появляются здесь только в светлое время суток, чтобы накосить травы. Почему же смелые горцы с опаской поглядывают в сторону Раминыраха? С древних времён в Даргавском ущелье существует поверье: всякий, кто рискнёт из праздного любопытства проникнуть в склеп, поплатится за это жизнью. Но скорее местные жители (по большей части старики) побаиваются больше по старой привычке, а не по причине своей дремучести. Ведь там, где смерть, там и страх, и мрачные слухи. Эти страхи возникли не на пустом месте. Очевидно, у местных жителей сохранилась память об эпидемии чумы, бушевавшей в горных ущельях на рубеже XVIII и XIX веков. Вымирали целые семьи. Чтобы не заразить своих соседей, больные целыми семьями, с детьми на руках уходили в заранее построенные склепы, где и умирали. Те, кто оставался здоровым, покидали ущелье.  В то время это был единственный способ, каким можно было приостановить эпидемию. В результате население Осетии за полвека сократилось с 200 до 16 тысяч. Осетины как народность оказались на грани вымирания.
 Как страж на воротах, впритык к мавзолеям прилепилась древняя 15-ти метровая сторожевая башня. Тип башни и каменной кладки - сванский. Богатые аланские князья приглашали каменщиков из Грузии. Такие сторожевые башни в большом количестве встречаются за Кавказским Хребтом. Не смотря на изобилие камней, постройка сторожевой башни была дорогостоящим предприятием. Есть сведения о том, что один большой отесанный камень для угловой кладки равнялся стоимости овцы. Понятно, что воздвигать башни могли только экономически крепкие фамилии. Пользуясь феодальной заповедью «сила родит право», такие могущественные фамилии стремились утвердить за собой приоритет в сооружении боевых башен и ввели даже ряд ограничений. Так, слабые и зависимые фамилии имели право строить башни только до половины высоты, иначе их разрушали. Существовало также правило, что постройка башни должна быть закончена в течение года. В противном случае она оставалась недостроенной. Коста Хетагуров в стихотворении «Плачущая скала» так описал сооружение боевой башни:
«Работа быстро закипела.
На мшистых каменных плечах
Утёса положили смело
Подножье стен — пусть знает враг,
Какой незыблемой заставой
Ему здесь загородят путь.
С какой отчаянной отвагой
Здесь каждый грудью встретит грудь!
Как — страха, жалости не зная —
Здесь все решились, как один,
Погибнуть, кровью истекая,
Как честь страны, свободу края
Ценить умеет осетин!»

Арочный вход в башню находится на высоте 2 м — в случае опасности люди поднимались по приставной деревянной лестнице, втаскивали её за собой, запирали окованную железом дверь, и башня была готова встретить врага камнями и кипятком.

На верхней площадке башни хранили хворост для сигнального костра. При приближении врага зажигали огонь, дым которого был виден в других аулах, располагавшихся на значительном расстоянии друг от друга.

И в день сегодняшний башня «работает»: на верху отличная смотровая площадка, откуда во все стороны открываются отличные виды на окружающие горы. Кто не поленился взобраться сюда по крутой лестнице, увидел, как выглядит «городок мёртвых» сверху, петляющую по ущелью дорогу и небольшие аулы горцев.

2 комментария: